95 >

исключительно  жесткими.  Допуск  на  галерею  для  публики  контролировался
строжайшим  образом.  И  в  то  же  время  дело рассматривалось  как  сугубо
уголовное. Слова "Армия освобождения Ольстера" не произносились. Прокурор ни
разу  не  употребил  слово  "террорист".  Полиция  откровенно   игнорировала
политический аспект этого дела.
     Убиты  двое, в суде слушается дело об  убийстве  первой степени. Точка.
Даже пресса  подыгрывала  этому,  исходя  из теории, что нет для обвиняемого
большего  унижения, чем лишить его святости звания политического преступника
и  именовать обычным  уголовником.  Джек  подозревал,  что  тут  есть  еще и
какие-то другие соображения, связанные с политикой или разведкой, но об этом
вообще  никто  не  упоминал. Естественно,  что  защите,  если  бы она  стала
именовать  подсудимого террористом, это  никак не помогло  бы. Одним словом,
для прессы и суда это было дело об убийстве.
     Однако  правда  была  совершенно иной,  и  это  не  было  секретом.  Но
настолько-то Райан знал юристов, чтобы понимать, что они  редко интересуются
правдой. Правила игры для них  куда важнее.  Поэтому они  не  будут выяснять
мотивы  преступления и  королевскую семью  не вызовут в  суд. Все сведется к
письменному  свидетельству,  что члены  королевской  семьи не могут опознать
оставшегося в живых преступника.
     Равным образом  и Кэти не вызвали в качестве свидетеля. Всего обвинение
располагало восмью свидетелями,  не  считая  судебных экспертов, допрошенных
накануне.  Райан  был свидетелем номер  два.  Ожидалось, что  суд  продлится
максимум  четыре  дня.  Как  Оуинс  сказал  ему в  больнице,  с этим  парнем
нянчиться не будут.
     - Доктор Райан? Будьте любезны следовать за мной.
     К  нему  и  тут относились  как к важной  персоне. Судебный  пристав  в
рубашке с короткими рукавами и при галстуке провел его через боковую дверь в
зал  заседаний.  Полицейский,  отворив  дверь,  отобрал  у  него  компьютер.
"Спектакль", пробормотал себе под нос Райан.
     Зал номер два был  отделан  дубовыми  панелями.  На  них пошло  столько
дубов, что, будь это в  Америке, это вызвало  бы протест защитников природы.
Сам же  зал оказался поразительно мал - не  намного  больше  гостиной в доме
Джека.  Сходство   дополнялось   и  столом,  стоявшим  посредине.  Там,  где
размещался судья,  было нечто вроде сооруженной из  резного дерева крепости,
которая  примыкала  к свидетельской  трибуне.  Достопочтенный судья  Джастис
Уиллер  восседал на  одном  из  пяти  стульев  с высокими спинками.  Он  был

Следующая

95 >