22 >

     Сестра заулыбалась, предвкушая этот момент, и спросила:
     - Как насчет того, чтобы немного подкрепиться?
     -  Как  вы  себя чувствуете?  Можете что-нибудь съесть? "Если  нет,  то
Киттивэйк с восторгом поможет мне все это выблевать", - подумал Райан.
     -  Доктор, за последние тридцать  шесть часов я съел  только завтрак да
легкий ленч.
     - Хорошо. Мы вам дадим что-нибудь жиденькое. - Он  опять что-то отметил
в графике и бросил на сестру быстрый взгляд, в котором читалось: "Следите за
ним". Сестра  кивнула  в ответ.  - Ваша очаровательная жена сказала,  что вы
довольно  упрямы.  Ну что  же, посмотрим. Пока  у вас  все  более  или менее
хорошо.
     Надо  благодарить  ваш выносливый  организм... ну и  мое  искусство как
хирурга тоже, - усмехнулся он. - После  завтрака санитар вам поможет умыться
перед приходом так сказать более официальных визитеров. Нет, нет - я не имею
в  виду ваших близких. Не  так  скоро. Вчера  они  здорово намучились. Я дал
вашей  жене снотворное - надеюсь,  она  приняла  его,  - сэр Чарлз  со  всей
серьезностью заглянул Райану в глаза. - То, что я вам сказал ранее -  это не
просто так.
     Чувство    неудобства,    напряжение   действительно   замедлят    ваше
выздоровление.
     Прислушайтесь  к моим  рекомендациям, и через неделю вы  расстанетесь с
постелью, а  через пару  - мы  вас, возможно, и вовсе выпишем. Но  вы должны
точно выполнять мои предписания.
     - Понятно. И спасибо. Кэти сказала, что вы отлично починили мое плечо.
     Скотт попытался показать,  что не придает значения  этим словам, однако
на губах его чуть обозначилась улыбка.
     -  Надо  окружать  своих  гостей должной  заботой.  Вечером  я  загляну
посмотреть, как у вас дела. - И он ушел, на ходу давая какие-то распоряжения
сестре.

     

     Полиция явилась в 8.30. К этому времени Райан уже управился с завтраком
и умылся. Завтрак поверг  Райана в уныние, и Вильсон покатывался со смеху от
его комментариев  по  этому  поводу.  Но Киттивэйк  была  так  удручена  его
недовольством,  что  он  напрягся  и съел все, включая  и пареный чернослив,
который  ненавидел с детства. Только  потом он  сообразил,  что ее огорчение
было, вероятно,  наигранным,  чтобы  заставить его  проглотить  эту пакость.
"Сестры, - напомнил он себе, - они хитрые". В  восемь пришел санитар и помог
ему умыться, а потом подержал перед ним зеркало, пока он брился,  вздрагивая
при каждом порезе.
     Четыре  пореза.  Он привык к электробритве и уже  несколько  лет как не

Следующая

22 >