Том Клэнси. Без жалости - Перелет
528 >
Как только Хендерсон открыл глаза, проблема тут же напомнила ему о
себе. Так что же мне предпринять? - недовольно подумал он.
Не то чтобы ему не хотелось заниматься этим, но на этот раз он просто
не знал, как передать сведения, оказавшиеся в его распоряжении. Хендерсону
приходилось и раньше передавать информацию. Сначала он делал это
ненамеренно, через знакомых, участников движения борцов за мир, даже нельзя
сказать, что он передавал информацию, нет, просто принимал участие в
беспорядочных дискуссиях, становившихся всякий раз все более
целенаправленными, пока наконец одна из его приятельниц не задала вопрос,
слишком прямой для случайного обсуждения. Она задала его дружеским тоном и в
весьма интимной обстановке, однако выражение ее глаз свидетельствовало о
заинтересованности в его ответе, а не в самом Хендерсоне. Ситуация тут же
изменилась, как только он ответил. Сладкая приманка, сказал он себе позднее,
недовольный тем, что так легко попался на крючок, - очевидная и старая как
мир, заставила его совершить.., ошибку? Нет, вообще-то это не было ошибкой.
Она нравилась ему, вместе с ней он верил в то, каким должен быть мир, и его
даже раздражало, что она сочла нужным воспользоваться своим телом, чтобы
получить от него что-то, когда разум и интеллект могли бы выполнить эту
задачу с такой же легкостью - по крайней мере почти с такой же легкостью,
подумал он.
Теперь ее больше не было, она уехала куда-то. Хендерсон не знал куда,
хотя и не сомневался, что никогда больше не встретится с нею. Вообще-то это
печально. С ней было хорошо в постели. Одно следовало за другим во вполне
очевидной постепенной и естественной цепочке шагов, которая закончилась
коротким разговором Хендерсона с полковником КГБ, состоявшимся у лондонского
Тауэра. И вот теперь, да, теперь у него было кое-что, в чем другая сторона
по-настоящему нуждалась. А вот сообщить об этом было некому. Действительно
ли знают русские, что имеется у них в этом дурацком лагере к юго-западу от
Хайфона? Это была информация, которая, стоит использовать ее должным
образом, убедит русских в преимуществах разрядки и заставит пойти на
некоторые уступки, позволив в свою очередь пойти на уступки и американцам.
Вот так все и начнется. Жаль, что Уолли не сумел осознать, как начинается
весь процесс - он начинается с маленьких шажков, ведь нельзя изменить мир в
одночасье. Питер понимал, насколько необходимо убедить в этом Уолли. Он не