Том Клэнси. Без жалости - Глава 2
27 >
Келли проснулся в обычное время, за полчаса до восхода солнца, слыша
крики чаек и увидев первое тусклое сияние на восточном горизонте. Сначала он
в замешательстве посмотрел на тонкую руку, лежащую на его груди, но другие
чувства и воспоминания за несколько секунд объяснили ему все, что произошло
вчера. Он осторожно отодвинулся от девушки, накрыл ее одеялом - в салоне
было по-утреннему холодно. Настало время заняться яхтой.
Келли включил электрический кофейник, затем натянул плавки и поднялся
на верхнюю палубу. С удовлетворением он заметил, что вчера не забыл включить
якорный огонь. Небо очистилось, и воздух после вчерашней грозы был
прохладным. Келли прошел вперед и с удивлением заметил, что под напором
ветра один из якорей немного сдвинулся. Он упрекнул себя за это, хотя особой
опасности в том не было. Поверхность залива была спокойной,
маслянисто-гладкой. Дул легкий бриз. Розово-оранжевый свет первых солнечных
лучей окрасил далекий восточный берег, поросший лесом. В общем утро было
великолепным, и он не мог припомнить, когда в последний раз видел такое.
Затем он вспомнил, что все изменившее его жизнь не имело никакого отношения
к погоде.
- Черт возьми, - прошептал он, глядя в сторону рассвета, еще не
начавшегося по-настоящему. Келли чувствовал, что его тело онемело, и
проделал несколько упражнений на растяжение, чтобы избавиться от жесткости в
мышцах. Лишь теперь он понял, как хорошо чувствует себя без обычного
утреннего похмелья, и еще больше времени прошло, прежде чем он вспомнил,
сколько спал. Неужели целых девять часов? - подумал он. Неудивительно, что
он чувствует себя так хорошо. За дело. Теперь он взялся за швабру и начал
сгонять воду, скопившуюся на фиберглассовой палубе.
Услышав низкий приглушенный рокот морских дизелей, посмотрел на запад,
пытаясь рассмотреть, откуда он доносится, но там поверхность моря
растворилась в легком тумане, гонимом бризом, и он ничего не увидел.
Пришлось подойти к панели управления на ходовом мостике и достать бинокль.
Он направил его в сторону шума как раз в тот момент, когда ослепительный луч
двенадцатидюймового прожектора сверкнул сквозь его морской 7 X 50. На
мгновение Келли ослепило, но тут же прожектор погас, и голос, усиленный
громкоговорителем, пронесся над морской поверхностью:
- Извини, Келли. Я не знал, что это ты. - Через пару минут знакомый
